| Art Of War Военно-исторический литературный портал
Добро пожаловать на форум artofwar.net.ru
|
|
|
| Предыдущая тема :: Следующая тема |
| Автор |
Сообщение |
Pavel Andreev
Зарегистрирован: 26.03.2007
Сообщения: 1165
Откуда: Урал
|
 Добавлено: Ср Дек 10, 2008 09:55 Заголовок сообщения: Боевые действия в горном массиве Луркох (Фарах). |
 |
|
| Цитата: | С лета 1980 г. 5 -я гв. МСД начала участвовать в рейдовых боевых действиях против бандформирований. Всего за период афганской войны участвовала в 156 плановых и неплановых боевых действиях.
Операция по блокированию караванных путей была впервые выполнена в сентябре 1980 года в провинциях Герат и Фарах силами двух батальонов 371-го мотострелкового полка 5-й гв. мотострелковой дивизии. Каждому батальону было придано по одной роте инженерных заграждений. Успех был достигнут полный - поступление из Ирана военных грузов и пополнений душманам на данном участке границы прекратилось на длительный период.
Успешные действия этих двух батальонов и необходимость наращивания минирования границы, да и наращивание минирования вообще, побудили командование переформировать инженерно-саперные роты в роты спецминирования в 68 отдельном инженерно- саперном батальоне 5гв.мотострелковой дивизии. |
Осень 1981 - Боевые действия в провинциях Каписа, Кабул, Логар, Вардак, в горном массиве Луркох (Фарах).
Итоги 1981 года:
Мятежники (оппозиционеры) приступили к оборудованию в труднодоступных горных районах складов и баз оружия, боеприпасов, продовольствия, а также подготовке пещер к зиме.
За год погибло 1484 военнослужащих ОКСВ, в т.ч. боевые потери - 1229 чел. Потери техники: танков - 18, самолетов - 1, вертолетов - 39; БТР, БМП, БРДМ - 173.
Декабрь 1984- Операция по разгрому базовых районов мятежников в горах Луркох (провинция Фарах), расположенных в трех ущельях.
Итоги 1984 г. :Самый кровопролитный год в истории афганской войны.
- Погибло 2343 военнослужащих ОКСВ.
- Потери: танков - 7, бронетехники - 88, самолетов - 17, вертолетов - 49.
1985 ГОД
Начало года - Диверсия на авиабазе ВВС ДРА (Шинданд): взорвано 11 бомбардировщиков ИЛ-28. Весь авиационный полк сгорел дотла.
Весна - Увеличено количество батальонов специального назначения (с четырех до восьми), вошедших в состав двух бригад спецназначения.
Март - Ввод 12 мсп (из Прибалтийского военного округа) в состав 5 гв.мсд (район Герата).
ЛУРКОХ (Фарах)
Laghar_Kuh Mountain
33° 19' 60 N 62° 30' 0 E
| Б.В.ГРОМОВ (отрывки из книги).Первая командировка писал(а): | Осенью (1980 г.) я был назначен командиром 5-й гвардейской мотострелковой дивизии, которая до ввода в Афганистан находилась в Кушке. После войны она вернулась на свое прежнее место, стоит в Кушке и сейчас. Почти вся дивизия осенью 1980 года находилась в Шинданде. Лишь один полк действовал в отрыве от основных сил — он был расположен в Герате, очень красивом, с тысячелетней историей городе. Этот район был для нас важен прежде всего потому, что там находилась вторая по величине авиабаза на всем западе Афганистана.
Я сменил на должности командира дивизии генерала Юрия Васильевича Шаталина, который позже стал командующим внутренними войсками. 5-й мотострелковой дивизией он командовал долго, еще до того, как она была введена в Афганистан. За четыре дня мы вместе с ним облетели районы, где несли службу подразделения дивизии, побывали почти на всех заставах и в Герате.
Он познакомил меня с офицерами и афганским руководством авиабазы. Интересна такая деталь. К себе домой в Кушку генерал Шаталин улетал рано утром. От штаба дивизии до аэродрома было не больше пяти минут езды на машине. Когда мы туда приехали, нас уже ждал оркестр, заместители комдива и командиры частей. После того как мы попрощались и были сказаны все теплые слова, оркестр заиграл «Прощание славянки». Двигатели вертолета уже работали, Шаталину оставалось только сесть и закрыть люки. В этот момент у вертолета неожиданно лопнуло одно колесо. Все немного растерялись. Во-первых, такое происходит не каждый день, а во-вторых, Шаталину предстояло больше часа лететь над районами, где постреливали. Прежде всего, это была огромная «зеленая зона» вокруг Герата. Пришлось, чтобы, не дай Бог, не случилось самого плохого, дополнительно выделить два вертолета огневой поддержки.
5-я дивизия в бытовом отношении была обустроена лучше других. Штаб стоял примерно в километре от частей, так что туда мы ходили пешком. Все управление дивизии разместилось в шести одноэтажных домиках, в каждом из которых было четыре комнаты, печное отопление, туалет и умывальник. Городок впоследствии разросся — появились офицерская столовая и еще несколько домиков. Там же размещались батальон связи и фельдъегерская служба.
Луркох
Приняв должность, я хотел еще раз побывать во всех подразделениях, но сделать это мне не удалось. Дивизия в это время вела боевые действия недалеко от Фараха, в горном массиве Луркох. Руководил ими генерал Ю. В. Шаталин, но за неделю до моего приезда в Шинданд он оттуда уехал, оставив вместо себя первого заместителя.
Возле Луркоха дивизия находилась больше четырех недель, для нас это был очень большой срок: мы несли там потери. На третий день после вступления в должность я прилетел в окрестности Фараха. Необходимо было на месте разобраться и определиться в дальнейших действиях.
Массив этот представлял собой интересное и необычное место. На абсолютно голой равнине в радиусе шести километров высились каменные глыбы. Самая большая вершина находилась на высоте более трех километров над уровнем моря.
По данным нашей и афганской разведок, в центре массива находилась большая база с оружием, боеприпасами и продовольствием. Душманами там был оборудован неприступный лагерь, откуда они совершали набеги на дорогу, по которой непрерывно шли в Кандагар наши и афганские колонны, а также на расположение 70-й отдельной могострелковой бригады. Все подступы и радиальные ущелья, ведущие в центр горного массива, были заминированы.
Командный пункт дивизии размещался в нескольких кунгах, которые были зарыты в землю и тщательно закрыты маскировочными сетками. Там уже находились все заместители командира дивизии, отвечающие за работу артиллерии, связи, авиации и разведки. Эти боевые действия мы проводили совместно с афганской пехотной бригадой, численность которой не превышала 115 человек. Фарах был для них местом постоянной дислокации. Иногда, когда отрабатывалось взаимодействие, мы приглашали в наши кунги и афганских военных.
В течение двух дней я выслушивал мнения тех офицеров, которые долгое время находились возле Луркоха и досконально знали ситуацию. Обсуждение проходило тяжело. Мы колебались. Наши офицеры однозначно говорили о том, что продолжать боевые действия и идти внутрь горного массива бессмысленно. Предлагали самим заминировать все входы и выходы, оставив душманов как бы в мешке, и постоянно держать их под воздействием артиллерии и авиации — каждый день подбрасывать им туда «подарки».
Афганцы придерживались другого мнения. Их командир предлагал сделать мощный прорыв вглубь и уничтожить эту базу. Свое решение к тому моменту у меня уже было готово, но я все-таки поинтересовался: «Кто пойдет первым?» Оказалось, что первыми должны идти советские. У афганцев, как сказал заместитель их командира по политической части, сил пока маловато, но они сделают все для того, чтобы поддержать и помочь нам.
Безусловно, базу в Луркохе необходимо было ликвидировать. Однако во время каждой нашей попытки хоть на несколько метров продвинуться в глубь горного массива мы наталкивались на упорное, прямо-таки отчаянное сопротивление душманов, которому никто из нас не мог найти объяснение. По-видимому, на самой базе находилось нечто такое, что необходимо было хорошо оборонять. Сам лагерь, скорее всего, был подготовлен давно и с перспективой: огромные запасы боеприпасов и продовольствия позволяли душманам продержаться там несколько месяцев.
Для проведения захвата Луркоха, перед тем как идти самим, нам предстояло разминировать все отлично простреливаемые душманами ущелья. Сделать это без потерь с нашей стороны было невозможно. Двигаться по горным хребтам, для того чтобы занять господствующие высоты, десантники не могли — они нарывались на стену шквального встречного огня.
Высадить десант в Луркохе мы тоже не могли — у нас для этого не было достаточных сил. Не хватало артиллерии для того, чтобы предварительно перед высадкой обработать все склоны и тем самым исключить возможность открытия огня по десантникам. В тот период мы не располагали необходимым для десантирования количеством вертолетов и фронтовой авиацией для прикрытия этих вертолетов. Самая же большая проблема состояла в том, что мы не могли управлять десантом, если бы он ушел в горы, а тем более спустился в ущелье. Потеря связи с десантом для солдат равнозначна их гибели. У нас не было авиационных комплексов с радиоретрансляторами, которые позже висели в воздухе во время каждых боевых действий. Операция, если бы она состоялась в то время, принесла бы нам только жертвы.
Исходя из этого, я принял решение не проводить операцию внутри Луркоха, а ограничиться лишь теми мерами, которые предлагали офицеры управления дивизии. Мы тщательно заминировали подступы к горному массиву и еще раз хорошенько обработали его артиллерией. Между скалами Луркоха и дорогой выставили усиленные заслоны, которые перехватывали душманов. На все это у нас ушло пять дней, после чего подразделения дивизии вернулись в казармы. Цели проведенные нами боевые действия не достигли, потому что мы решили не идти на потери. Мы отдавали себе отчет, что через какое-то время нам придется сюда вернуться. Так и получилось.
Спустя несколько месяцев база в Луркохе опять стала о себе напоминать. Душманы в этом районе возобновили нападения на автомобильную трассу и систематически увеличивали подчиненную себе территорию. Мы сделали все, для того, чтобы не только запереть душманов в ущельях, но и вынудить их уйти оттуда. Они должны были понять, что Луркох для них «засвечен», он постоянно находится под нашим прицелом и спокойно жить и действовать им там уже не придется. Горный массив практически ежедневно подвергался авиационным бомбардировкам и обстрелам дальнобойной артиллерии, а минирование основных ущелий и подступов к ним постоянно «освежалось». Тем не менее, нам стало известно, что Луркох все равно используется оппозицией как своего рода объединенный командный пункт — на хорошо укрепленной базе в центре гор периодически продолжали собираться руководители бандформирований. Самое же главное заключалось в том, что во время непрекращавшихся нападений душманов на наши заставы, сторожевые посты, а также военные гарнизоны части 40-й армии и правительственных войск продолжали нести потери. Командование 5-й дивизии встало перед необходимостью предпринять решительные меры и каким-то образом нейтрализовать находившиеся в ущельях силы моджахедов. Другими словами, нам нужно было уничтожить их и сделать все для того, чтобы в последующем вообще не вспоминать о Луркохе.
Во время боев за этот горный массив нам, к сожалению, не удалось избежать людских потерь. Самые большие жертвы были в 21-й пехотной бригаде правительственных войск, которая дислоцировалась в Фарахе, примерно в сорока километрах от горного массива, и вместе с нами принимала участие в боевых действиях в районе Луркоха. Мы тоже теряли людей, хотя всячески пытались ограничить свое участие в боях — Луркох нужен был прежде всего самим афганцам, а не 40-й армии. Погибшие и раненые у нас были в основном среди саперов, мотострелков и десантников, которые пытались занять господствующие высоты, приближаясь к центру горного массива. Возле Луркоха мы теряли не только солдат и офицеров 5-й дивизии, но и военных советников. Трагическая гибель одного из них, военного летчика генерал-майора В. Хахалова, заставила нас не только активизировать боевые действия, но и пойти на крайние меры.
Генерал Хахалов прилетел в Афганистан, получив приказ главкома ВВС маршала авиации П. С. Кугахова проверить эффективность применения штурмовиков Су-25 в этом горном массиве. Вначале шла нешуточная борьба за невыполнение этого приказа, поскольку, по замыслу Кутахова, после каждого бомбово-штурмового удара с воздуха мотострелковые подразделения должны были идти в центр Луркоха для того, чтобы убедиться — да, авиация своей цели достигла. Командование 5-й дивизии, да и в целом 40-й армии, это ни в коем случае не устраивало — мы знали, к чему приведет такая «проверка», и уже имели горький опыт потерь. Я до сих пор уверен, что этим нужно заниматься на полигонах. Если же возникла необходимость провести инспектирование в реальной боевой обстановке, как решил Кутахов, то делать это нужно не в горных массивах, а на открытой местности, куда можно подлететь на вертолете или десантироваться под прикрытием той же авиации или артиллерии. В Луркохе весь замысел Кутахова был не только недальновиден, но и заранее обречен. К сожалению, он не понял этого сам, а никто из его помощников не набрался смелости вовремя подсказать.
Несколько дней генерал Хахалов находился возле Луркоха. Как я сказал, мы всячески препятствовали его полету в центр горного массива. Все-таки он выбрал момент, когда я уехал, а руководство боевыми действиями продолжил мой заместитель и, несмотря на настойчивые советы не делать этого, на двух вертолетах на свой страх и риск отправился по горным ущельям в глубь Луркоха. Оттуда Хахалов уже не вернулся. Вертолет, в котором он находился, был подбит душманами и упал недалеко от их базы. После того, как это произошло, мы были просто вынуждены с ожесточенными боями пробиваться по горам и хребтам, по дну двух ущелий в центр горного массива. Очень быстро подготовленная операция проводилась главным образом, конечно же, для того, чтобы забрать хотя бы тела генерала и членов экипажа, погибших вместе с ним, и не оставить их на поругание. Когда мы дошли до центра Луркоха и окончательно овладели этим укрепрайоном, недалеко от базы нашли обломки подбитого вертолета и останки офицеров. На них было страшно смотреть. Над телами генерала, а он был в форме, и вертолетчиков душманы жестоко глумились — им выкололи глаза, отрезали уши…
На операцию нам потребовалась почти неделя. В ходе боев погибло восемь человек. База, которая не давала нам покоя больше полутора лет, была сделана, как говорится, по последнему слову инженерной техники. Среди скал были оборудованы огромные хранилища, бетонные сооружения и укрытия. Там можно было спрятать десятки тысяч тонн горючего, продовольствия и боеприпасов. Все, что доставалось душманам в результате налетов на дороги — а нападениям подвергались не только советские колонны, но и простые афганцы, — переправлялось туда. Душманы не отличались особой разборчивостью в выборе добычи — мы нашли там и посуду из французского стекла, и контейнеры с химическими удобрениями, и многое другое. Всю базу мы, естественно, разгромили, особо прочные сооружения взорвали, еще раз заминировали весь этот район, и ушли оттуда. На этом операция завершилась.
Справедливости ради должен сказать, что значительно позже Луркох опять попал в поле нашего зрения. Бандформирования, действовавшие там, напомнили о себе в конце 1985 года. В ответ на вылазки душманов пришлось нанести серию массированных бомбово-штурмовых авиационных ударов, после которых Луркох уже не доставлял нам особого беспокойства. |
| Марковский Виктор .Жаркое небо Афганистана писал(а): |
19 июля 1981 года 200-я эскадрилья, работу которой закодировали названием "Операция "Экзамен"" ("Ромб-2"), прибыла в ДРА. Местом базирования выбрали Шинданд — крупную авиабазу, уже обкатанную Су-25 в ходе испытаний 1980 года. Шинданд находился в относительно спокойном, по сравнению с центральными и восточными провинциями, районе и среди других афганских аэродромов считался низинным — его почти трехкилометровая бетонка располагалась на высоте 1150 м и была более чем достаточной для Су-25.
Штурмовикам Шиндандской авиабазы предстояло поддерживать дислоцированные в этих местах советскую 5-ю мотострелковую дивизию, которой тогда командовал полковник Б.В. Громов, и 21-ю пехотную бригаду правительственных войск. К боевой работе Су-25 приступили уже через несколько дней после прибытия. В это время шли бои за горный массив Луркох неподалеку от Шинданда — высившееся среди равнины непроходимое нагромождение скал, занимавшее несколько десятков километров. В созданной самой природой крепости находился базовый лагерь, откуда душманы совершали набеги на близлежащие дороги и нападали на военные посты. Подступы к Луркоху защищали минные поля, скальные и бетонные укрепления, буквально каждый излом ущелий и тропу прикрывали огневые точки. Пользуясь неуязвимостью, противник стал использовать Луркох и как командный пункт, где собирались вожаки окрестных банд. Неоднократные попытки захвата горного массива успеха не имели. Командование приняло решение отказаться от атак в лоб, перейдя к ежедневным мощным бомбардировкам и артиллерийским обстрелам, которые бы заставили противника покинуть обжитой лагерь. Снаружи Луркох окружили плотными минными полями, проходы и тропы внутри массива периодически также засыпали минами с воздуха.
Для оценки эффективности действий штурмовиков в ДРА прибыл военный летчик генерал-майор В. Хахалов, имевший поручение Главкома ВВС лично оценивать результаты ударов Су-25. После очередного налета пара вертолетов Хахалова отправилась в глубь Луркоха. Обратно генерал уже не вернулся. Вертолет с ним был сбит и упал недалеко от базы душманов. Гибель Хахалова заставила изменить ход операции — на штурм Луркоха бросили десантников, пробившихся к центру укрепленного района, чтобы забрать тела генерала и погибших с ним летчиков. После недели боев, стоивших жизни еще восьми человек, войска заняли базу, взорвали ее укрепления и, еще раз заминировав весь район, покинули его. |
| Рой Евгения. 1981 год. Биографии и письма погибших в 1981 г., а также воспоминания о них родных и близких. писал(а): |
майор ШРАМКО АНАТОЛИЙ ИВАНОВИЧ
Родился 19 июня 1954 г. в г. Батайске Ростовской обл. Русский.
В Вооруженных Силах СССР с 1971 г.
Окончил Сызранское ВВАУЛ.
В Афганистане с декабря 1979 г., проходил службу в в/ч п. п. 65235.
Погиб 5 сентября 1981 г. при выполнении боевого задания.
Похоронен в г. Батайске.
Награжден орденом Красного Знамени (посмертно).
Отец, Иван Емельянович, и мать, Раиса Семеновна, проживают в г. Батайске.
У А. И. Шрамко остался сын.
...Это был последний боевой вылет для Анатолия Шрамко. Еще месяц назад он мог улететь в Союз, но на его должность не было замены. И вот наконец 5 сентября прибыл заменщик, Павел Алферов, а вместе с ним для проверки боеготовности войск и проверки эффективности применения штурмовиков СУ-25 в горном массиве Луркох в провинции Фарах генерал-майор авиации Хахалов Вадим Николаевич...
5 сентября 1981 года экипаж вертолета МИ-8, в составе которого действовали старший лейтенант Алферов П. Ф., майор Шрамко А. И. и капитан Шашин А. Г., выполнял боевое задание по разведке результатов действий авиации в 40 км северо-восточнее населенного пункта Фарах в горах Луркох. В этот раз вместе с членами экипажа вылетел генерал-майор авиации Хахалов В. Н.
При обследовании одного из ущелий летчики обнаружили позиции зенитных средств и базу противника. Командир экипажа принял решение подавить их. В момент выхода из атаки вертолет был сбит.
Боевая машина упала в районе хорошо укрепленной базы моджахедов. Чтобы забрать тела летчиков, советские войска почти неделю в жестоком бою овладевали ею. В ходе боев погибли восемь человек.
"Когда мы дошли до центра Луркоха, - вспоминал Б. В. Громов, - и окончательно овладели этим укрепрайоном, недалеко от базы нашли обломки подбитого вертолета и останки офицеров. На них было страшно смотреть. Над телами генерала, а он был в форме, и вертолетчиков душманы жестоко глумились."
Погибших доставили в часть, где провели опознание. Документов, удостоверяющих личность, тогда не нашли. Появилась версия, что их забрали душманы. Позже это подтвердилось. Осенью 1981 года в провинции Фарах работал один из западных журналистов. Находясь на базе моджахедов, он сделал фотографии документов одного из членов экипажа вертолета, сбитого 5 сентября 1981 года, и спустя много лет после этой трагедии привез их на фотовыставку в г. Санкт-Петербург. На снимке были документы старшего лейтенанта Павла Алферова... |
_________________
пустая случайность полная возможностей |
|
| Вернуться к началу |
|
 |
TURKVO
Зарегистрирован: 13.08.2007
Сообщения: 1315
Откуда: старые горы
|
| Добавлено: Ср Дек 10, 2008 17:35 Заголовок сообщения: |
|
|
| Истребительная авиация в Афганистане. Виктор Марковский писал(а): | | ...При уничтожении "крепких орешков" типа скальных укрытий и пещер, служивших душманам убежищами и складами, наилучшие результаты давали толстостенные бомбы ФАБ-250тс и особенно ФАБ-500тс, имевшие прочный кованый корпус (обычными фугасками поразить пещеру можно было лишь при попадании в малозаметное устье, а взрывы на поверхности давали только выбоины). Толстостенная бомба, пробивая скалу и разрываясь в толще камня, вызывала обвалы и обрушивание сводов пещер. Такие боеприпасы широко применялись при "закрытии" базы в горном массиве Луркох в провинции фарах в январе 1981 г., в Черных горах в сентябре того же года, где душманы пытались перерезать дорогу на Кандагар, и в других местах. |
авиабаза Шинданд
| www.skywar.ru Авиация влокальных конфликтах писал(а): | | ...5 сентября 1981 г. боевая потеря вертолета Ми-8Т 302-й овэ (Шинданд). Экипаж замполита эскадрильи к-на А.Шрамко, ведущим в паре, выполнял контроль результатов удара Су-25 по базе противника в горном массиве Луркох провинции Фарах. С воздуха были обнаружены два автобуса с моджахедами, было принято решение атакавать их. На выходе из атаки, после пуска НУРС, вертолет ведущего был подбит ответным огнем ДШК, упал в 40 км северо-восточнее Фараха и сгорел. Погибли командир экипажа к-н А.И.Шрамко, летчик-штурман к-н А.Г.Шашин, борттехник ст.л-т П.Ф.Алферов, а так же находившиеся на борту три офицера штаба, в т.ч. ген.м-р В.Н.Хахалов и два афганца.... |
_________________
Хочешь жить вечно – делись! |
|
| Вернуться к началу |
|
|
|
|
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах
|
|
FAQ
Поиск
Пользователи
Группы
Регистрация
Профиль
Войти и проверить личные сообщения
Вход
